Необычные профессии. «СЕРЫЕ КАРДИНАЛЫ» МУЗЕЙНЫХ ФОНДОВ

Дата публикации: 2-11-2017

Необычные профессии. «СЕРЫЕ КАРДИНАЛЫ» МУЗЕЙНЫХ ФОНДОВ

 

Об этой профессии мало знают, она не считается престижной, особенно с учетом небольшой заработной платы. Но люди, которые проработали не один год, говорят: эта специальность – такой магнит, что, придя в неё однажды, остаёшься навсегда. Ведь то, что великие шедевры прошлого живы и сегодня – заслуга именно их, музейных хранителей.

 

Многие люди представляют себе хранителя неким заведующим складом, который отвечает за лежащие на пыльных полках старые книги, письма, документы, предметы быта и т. п. На самом же деле, чтобы работать хранителем, нужно обязательно иметь высшее образование и обладать специальными теоретическими знаниями. Более того, чтобы действительно стать профессионалом и человеком, как говорят, на СВОЕМ месте, требуется еще и призвание (как бы громко это ни звучало). Без него хранитель, как, например, врач или учитель, не состоится в полной мере.

Хранитель – профессия, которой, собственно говоря, юридически не существует (на хранителя нигде не учат) и получить её можно, только работая в структуре музея. Работу хранителя посетители музея не видят. Но это напряженный, кропотливый, очень важный и ответственный процесс. Ведь если хранитель не будет выполнять свои обязанности и душой болеть за свое дело, то нечего будет изучать и исследовать, выставлять на экспозиции. Вот почему условно музейных хранителей можно назвать «серыми кардиналами» музейных фондов. Мы их не видим, но они кропотливо и каждодневно выполняют свою работу, чтобы сохранить наше историческое наследие и передать его грядущим поколениям.

ТОТ, КТО ХРАНИТ ПАМЯТЬ (ИСТОРИЮ) НИКОПОЛЯ

Игорь АНЦЫШКИН в Никопольский краеведческий музей пришел работать сразу после окончания исторического факультета Днепропетровского государственного университета. Два года был научным сотрудником, после чего его назначили главным хранителем. С тех пор прошло 26 лет. И все это время Игорь Валерьевич, как он сам говорит, – тот, кто хранит память Никополя.

– Безусловно, не каждый человек сможет работать музейным хранителем, это понятно. А каким нужно быть, чтобы тебе доверили такую важную часть музейной работы?

– У хранителя должен быть научный склад ума. Потому что его работа – это, в первую очередь, наука, хоть и, как в моем случае, на местном уровне. Нужно досконально разобраться, что ты хранишь, причем глубоко «ныряя» в историю. Кроме того, необходимо быть очень ответственным человеком. Как главный хранитель, я отвечаю за все экспонаты, которые были собраны за время существования Никопольского краеведческого музея. Моя главная задача – хранение, описание и введение в научный оборот экспонатов, чтобы они служили не только для просмотра, но и были базой для научной работы, которая является основной в музее.

– Опишите, пожалуйста, путь любой старинной вещи в экспозиции музея.

– Допустим, нашел наш научный сотрудник какую-то вещь, которая, по его мнению, представляет собой музейную ценность. Сначала он приносит ее мне, и я смотрю, имеет ли находка историческую, научную или информационную ценность. Затем ее рассматривает оценочно-закупочная комиссия. Если вещь действительно ценная, составляется протокол о том, что музей принимает ее на хранение. Научный сотрудник описывает, где он ее нашел, какую историческую ценность она имеет и т. д. После этого я проверяю, правильно ли составлено описание, и если все сделано по существующим правилам, принимаю находку в фонды музея на вечное хранение.

– Мне всегда было интересно, как можно научиться распознавать ценность той или иной старинной вещицы?

– Для этого нужны опыт и широкие знания истории (кстати, я убежден, что в музее не только хранителями, но и научными работниками могут быть только историки – филологам и металлургам трудно разобраться в такой узкой специализации, как музейное дело). В некотором роде помогает также интуиция. Кроме того, необходимо досконально знать фонды, чтобы не было дубляжа среди экспонатов. Исключение может быть только в том случае, если имеющийся в музее подобный экспонат находится в плохом состоянии. А еще надо смотреть, можно ли в будущем сделать выставку из подобных экспонатов.

– В Никопольском музее все имеющиеся экспонаты выставлены, или часть из них находится в так называемых запасниках?

– Есть кое-что и в запаснике. Но все лучшее и то, что интересно никопольчанам, выставлено в залах нашего музея. У нас в Никополе краеведческий музей, а не исторический, поэтому показываем только то, что связано с нашим краем. Но в контексте истории Украины.

– Насколько большая ответственность у вас за сохранность экспонатов?

– Если, не дай Бог, экспонат будет утерян, хранителю грозит до пяти лет тюремного заключения. Вот и решайте, большая ответственность или нет.

– А за условия хранения музейных экспонатов вы отвечаете?

– Да. Но в здании, в котором сегодня расположен наш музей, создать оптимальные условия для хранения каждого вида экспонатов физически невозможно. Если начнешь сушить воздух с помощью обогревателей, то одни будут «чувствовать» себя хорошо, а другие «заболеют», потому что в другом конце зала, вдали от обогревателя, на экспонатах может появиться конденсат. Так что лучше не экспериментировать. Как говорят ведущие специалисты музейных фондов, если температура и влажность воздуха меняются медленно, это не смертельно.

– У вас есть экспонаты, которые нельзя брать в руки без перчаток?

– Безусловно. Особенно это касается старых бумаг – писем, документов.

 

– Хранитель – не хирург, а музей – не стерильная операционная. Старые вещи – это пыль, грибок и т. д. Как вы переносите такие особенности профессии?

Необычные профессии. «СЕРЫЕ КАРДИНАЛЫ» МУЗЕЙНЫХ ФОНДОВ

 

– К сожалению, от этих негативных моментов нашей профессии никуда не деться. Моя предшественница, например, болела астмой. У меня тоже проблемы с легкими. Дело в том, что некоторые старые книги заражены грибком. В свое время мы «полечили» 20 книг, некоторые газеты и документы, зараженные грибком. В Днепропетровском историческом музее имени Дмитрия Яворницкого была специальная лаборатория, в которой проводились такие работы. Сейчас, к сожалению, она закрылась.

 

– Какие чувства вы испытываете, когда берете в руки старинную книгу?

– Радуюсь, что она сохранилась. Каждый раз, когда приносят новый экспонат, я жду, что он окажется уникальным. Потому что в последнее время их уже практически не бывает. Старики умерли, а молодежь все ценное продала «черным» коллекционерам. Меня всегда возмущают объявления, в которых дельцы предлагают продать старые часы, ордена, медали, антиквариат, изделия из янтаря, слоновой кости и т. п. Это явное нарушение закона, но на него наши правоохранительные органы практически не реагируют. Пару лет назад я обращался в Никопольский отдел полиции по этому поводу. Пришел молодой сотрудник, мы поговорили, на том все и закончилось. Знаете, в 90-е годы прошлого века у нас не было денег, чтобы купить какие-то ценные в историческом плане экспонаты, которые нам приносили люди. А сейчас, возможно, нам бы и удалось найти на это средства, но никто ничего уникального не предлагает.

 

– А были вещи, которые вам предлагали, и вы до сих пор жалеете, что музей тогда не смог их купить?

– Да, в 1995 году нам предлагали приобрести серебряный сервиз на 6 персон начала ХХ века. Но, увы – денег тогда на него не нашлось.

– Мне кажется, хранитель – это профессия, в которой нельзя обойтись без какой-то доли фанатизма...

– Не знаю, как насчет фанатизма, но то, что этим нужно жить – это точно.

 

– Вспомните какой-нибудь интересный случай из своей практики.

– Был такой. В 1997 году мы с Мирославом Жуковским возили поездом, без охраны, в обычном вагоне два чемодана изделий из золота, серебра и платины на апробацию в Харьков. Приехали туда в два часа ночи. До утра ждали на вокзале. Затем поехали в лабораторию. За сутки нам сделали апробацию, и мы опять же поездом отправились в Никополь. Хорошо еще, что удалось купить билеты, ведь дело было перед Новым годом.

– И не страшно было вот так, без охраны, с чемоданами, забитыми драгоценными металлами?

– Да нет, кто ж подумает, что в потрепанных чемоданах двое пассажиров перевозят такие ценные вещи. Хотя опасность, конечно, была – за день до этого в Харькове расстреляли ювелирку. Кстати, когда ехали в Харьков, под нашей нижней полкой оказался уголь, и чемоданы некуда было спрятать. Так что пришлось буквально спать на них.

– А вам никогда не хотелось заняться более «живой» работой, чем у хранителя, к примеру, поехать на археологические раскопки?

– Когда учился на историческом факультете, ездил в археологические экспедиции под руководством профессора Ирины Федоровны Ковалевой. Но уже тогда понял, что это не мое. Я люблю заниматься старыми документами. Это мне интересно, это меня увлекает.

– Вы допускаете, что могли бы иметь другую профессию в жизни?

– Да нет, скорее всего, кроме истории, я ничем бы другим не занимался. Хотя… Если бы не перестройка, то, наверное, и дальше трудился бы на заводе. Ведь до 1985 года я работал на Южнотрубном заводе, на прокатном стане. Но когда на предприятии и в стране начались известные события, решил стать историком, потому что эта наука мне нравилась еще в школе.

– Вы помните свои первые дни в Никопольском музее?

– Конечно.

– И чем вы занимались?

– Писал обзорную экскурсию. Я прочитал много лекций, провел сотни экскурсий, и эта работа мне тоже нравится. Особенно, если попадается аудитория, которая идет на контакт. На днях мне пришлось читать лекцию в одной из никопольских школ, и аудитория меня порадовала: слушали внимательно, задавали вопросы… А вот экскурсия с учениками другой школы не нашла в их сердцах ответной заинтересованности.

 

– Вы хотите сказать, что нынешняя молодежь не очень интересуется нашей историей?

– К огромному сожалению, 95% молодых людей история родного края не интересна. Вопросов во время лекций или экскурсий они практически не задают. А все потому, что не видят себя в дальнейшем в Никополе.

 

– Какая главная черта должна быть у музейного хранителя?

– Думаю, терпение и способность переносить рутинную и напряженную работу. Ведь нужно много писать – только компьютером не обойдешься. Нужны также хорошая визуальная память, аккуратность и организованность. Любую работу можно выполнить быстро, если правильно организовать процесс. Например, я прекрасно знаю, что буду делать завтра, на следующей неделе, в следующем месяце.

А вообще и хранитель, и научный сотрудник музея – это люди, которые, отвечает за то, что будут видеть в наших музеях последующие поколения. Разве это не благородная миссия?

 

Ольга Приходько

газета «Проспект Трубников»


 

                                                

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
         
 
«    Ноябрь     »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930 
 
 

 
Урочисте відкриття філ ...
 ...
Запрошуємо долучитися ...
 ...
«Новорічний маскарад»
 ...
Виставка «Творче перех ...
 ...
Станіслав Черемухін та ...
 ...
Анонс заходів на тижде ...
   КЗ «НКДЦ»   1. Постійно діюча виставка картин М. Гали...
Приглашаем всех провес ...
Где?: Фонтан на аллее напротив «Терминала»...
 
 
  • Администратор
  • DanielDob
  • Black_Fox
  • Надія Ткаченко
  • Администратор
  • Администратор
 
 

 

 

 
Сейчас на сайте: 3
Гостей: 3

Пользователи: 

- отсутствуют

Роботы: 

- отсутствуют

 Последние посетители: 

 
Все права защищены © Никополь ART 2009-2016